Тем самым власть стремительно вовлекает себя в воронку. Потому что если ты сам не хочешь говорить о своих проблемах — другие скажут за тебя гораздо больше и сочнее. А если не желаешь вслух формулировать свои запреты — оппоненты припишут тебе намерения столь людоедские, что уже не отмоешься. Наконец если ты ищешь врагов прежде всего среди журналистов, затыкая им рот то рублем, то кляпом, — журналисты станут твоими врагами, а у них возможности нешуточные и темперамент — дай Бог каждому. Так что превентивное отстраивание прессы, которая еще не успела тебе сделать ничего плохого, чревато тем, что проблема на ровном месте возникнет сама. Не говоря уж о том, что действительность, о которой не говорят, имеет свойство деградировать. Замолчанные проблемы пухнут, как флегмоны: нарывы надо вскрывать, не то интоксикация погубит организм в считанные часы. Почему власть в России опять наступает на эти грабли — уму непостижимо.

То есть постижимо, конечно. Я давно догадался, что государственники и либералы у нас играют в одну и ту же игру. Они сражаются, повторяя ошибки друг друга и стремясь перещеголять друг друга по части цинизма, с единственной целью: чтобы русская история так и бегала по замкнутому кругу повторов, никогда не выходя на увлекательную, опасную и живую прямую.

Привратник

Оригинально только зло. Добро и жалость всегда одни и те же.

Роман Михаила Шишкина «Венерин волос» сыграл в русской литературе уже ту великую позитивную роль, что обнаружил деградацию читателя и нищету интерпретатора.